Редкоземельные металлы в Китае

Ахиллесова пята промышленно развитых наций?

Сторми-Анника Милднер и Гитта Лаустер |  В настоящее время Китай оказывает огромное влияние на сырьевые рынки. Эта страна обладает большими запасами стратегических ресурсов, используя их также в качестве средства политического давления. Но определяют ли сырьевые ресурсы ситуацию на новой властной карте мира? Ответ: нет, не определяют.

Когда Китай в сентябре 2010 года приостановил экспорт редкоземельных металлов в Японию, производители во всем мире взволновались не на шутку. Около 95% мировой добычи металлов этой группы приходятся на Китай. Такие элементы как неодим, тербий или лантан считаются незаменимыми при производстве высокотехнологических продуктов – сильных магнитов, аккумуляторов, лазерных приборов, катализаторов или ветрогенераторов. Поэтому США, Япония и Германия считают доступ к редкоземельным металлам критически важным фактором. Другие важные виды промышленного сырья также весьма неравномерно распределены по миру: кобальт, который используется прежде всего в высоких технологиях – например, при изготовлении ионно-литиевых аккумуляторов – поступает преимущественно из Демократической Республики Конго (51%). Запасы индия, необходимого для компьютерных чипов и солнечных батарей, сосредоточены прежде всего в Китае (73%); 76% мировых запасов лития находятся в Чили. Литий играет важную роль в аккумуляторах для электромобилей (1). Без этих металлов никак не обойтись также при разработке экологичных технологий.

"Географическая карта меняется… Тот, кто в будущем будет контролировать эти источники сырьевых ресурсов, скоро завоюет и абсолютную политическую власть", - предупреждает, например, финансовый аналитик Оливер Рот из банка "Close Brothers Seydler" (2). Ускоряет ли распределение сырьевых ресурсов глобальное смещение центров силы? Властные ресурсы стран обусловлены как жесткими, так и мягкими факторами силы. Господство на рынке – это мягкая сила, поскольку рынок контролируют в основном не правительства, а частные компании. Но она превращается в жесткую силу, если государство ею управляет, использует ее в качестве рычага, то есть когда может осуществляться экономический нажим. О том, что энергетическое сырье может быть жестким властным инструментом, странам-импортерам известно, по крайней мере, со времен энергетических кризисов 70-х годов ХХ века. О том, что это относится и к металлам, немецкая общественность заговорила лишь недавно. Одной из самых популярных цитат стало следующее высказывание бывшего президента КНР Дэн Сяопина: "Ближний Восток владеет нефтью, а Китай владеет редкоземельными металлами". Фактическое эмбарго, введенное в 2010 году Китаем на их экспорт, было вообще-то мало связано с сырьем как таковым. Хотя Китай это и оспаривает, эмбарго было скорее обусловлено давним территориальным спором из-за островов Сенкаку: после того как японский патрульный катер столкнулся в районе этих островов с китайской рыболовной шхуной, и японцы задержали китайского капитана, Китай хотел показать, на чьей стороне сила.

Металлы = власть?
Когда речь заходит о редкоземельных металлах, то сила действительно на стороне китайцев. Без них никак не обойтись при производстве высокотехнологичных продуктов. На основе заменителей – если они вообще имеются – получается совсем не то качество изделий. Неодим и диспрозий, например, делают магниты для электромоторов гораздо сильнее, чем альтернативы на основе других металлов. В отличие от многих других металлов доля вторичного сырья здесь очень мала. Редкоземельные металлы, которые нередко называют "металлами-пряностями", используются в производстве в очень малых количествах. Поэтому выделять их из вторсырья чрезвычайно трудно (3). 

Несмотря на название, редкоземельные металлы встречаются в земной коре очень часто. Крупные, пригодные для разработки месторождения имеются, например, в России, США, Канаде и Австралии. Тем не менее, их добыча отличается большой концентрацией: Китай является здесь практически монополистом (4). Так было не всегда: еще в 1990 году треть мировой добычи приходилась на США. Но из-за падения мировых цен, высокой стоимости местных трудовых ресурсов и строгих экологических требований собственная добыча вскоре оказалась невыгодной, и все постепенно перешли на импорт редкоземельных металлов из Китая.

Теперь предстоит возобновление добычи этого сырья в США, Австралии или Канаде. Освоение новых месторождений, конечно, требует больших технологических и финансовых затрат; от открытия месторождения до начала его эксплуатации может пройти несколько лет. Проблема состоит к тому же в том, что новые проекты могут быстро потерять рентабельность, если Китай снова увеличит объем экспорта. Кроме того, альтернативные технологии могут снизить спрос на редкоземельные металлы, а значит, и цену на них. Поэтому оценки спроса и предложения здесь сильно колеблются, что негативно сказывается на нынешних инвестиционных решениях. Так что в течение некоторого времени промышленно развитые страны будут сильно зависеть от поставок редких земель из Китая. Но в долгосрочной перспективе картина изменится: промышленно развитые страны уже приняли новую сырьевую стратегию, направленную на радикальное укрепление своей сырьевой безопасности.

Высокая зависимость от импорта: Германия
Германия не бедна сырьевыми ресурсами. Потребности в массовых сырьевых материалах – таких, например, как песок, гравий, камень и грунт – могут быть покрыты за счет отечественного производства. Но в секторе производства металлов страна сильно зависит от импорта, причем из небольшого числа стран: в 2009 году Германия импортировала, например, около 55% необходимых редкоземельных элементов из Китая. Карбонат лития ввозится прежде всего из Чили (82,5%), бокситы – из Гвинеи (73,3%) (5). Это делает Германию особенно уязвимой, когда возникают резкие колебания цен или дефицит тех или иных видов сырья. Поэтому федеральное правительство Германии приняло в октябре 2010 года новую сырьевую стратегию. Главную роль в обеспечении сырьем должен играть частный бизнес. Но поскольку риски здесь сохраняются, федеральное правительство намерено оказать государственную поддержку производству сырья вне Европы и способствовать большей открытости рынков. Для осуществления этой стратегии правительство создало Германское сырьевое агентство, задача которого состоит в сборе информации и координировании усилий бизнеса и государства в данной сфере.

Новая сырьевая стратегия предполагает, с одной стороны, повышение эффективности использования сырьевых материалов, создание заменителей и совершенствование технологий рециклинга, то есть вторичного использования сырьевых ресурсов. Рециклинг – это важный источник сырья для Германии. Что касается, например, меди, то доля вторично используемого металла составляет здесь 54% – это самый высокий показатель в мире (ЕС – 45%, США – 41%, весь мир – 13%). По стали доля рециклинга составляет даже 90% (6). С другой стороны, предполагается разрабатывать собственные залежи сырьевых ресурсов и улучшить доступ на рынки других стран через налаживание двусторонних партнерских отношений в сырьевой сфере. Чтобы сделать такое партнерство привлекательным для стран, богатых сырьевыми ресурсами, федеральное правительство обещает им оказывать поддержку в деле модернизации, индустриализации и подготовки кадров в сырьевой отрасли, а также при повышении экологических и социальных стандартов. Германское Федеральное агентство по геологии и сырьевым ресурсам (BGR) на основе разных критериев – в частности, производства и запасов сырьевых ресурсов – составило перечень критически важных видов сырья и определило долю и стоимость их импорта, а также выделило страны, являющиеся важнейшими сырьевыми партнерами Германии. В Африке это ЮАР, Зимбабве и Конго; в Азии – Китай, Индия и Индонезия. Важнейшими партнерами на территории СНГ являются Россия, Казахстан и Украина. Важнейшие потенциальные партнеры в Южной Америке – Бразилия, Чили и Перу (7). Уже ведутся первые переговоры с Казахстаном. Эта страна богата, в частности, редкоземельными элементами. Эти инициативы, наталкиваются, правда, на определенные трудности, поскольку интересы германских концернов весьма различны. Поэтому обсуждается также создание Германской сырьевой компании, под эгидой которой концерны могли бы концентрировать сырьевые закупки и тем самым более уверенно выступать на рынке.

Еще одна надежда в плане сырьевого обеспечения Германии скрывается на морском дне. В 2006 году BGR приобрело у Международного агентства по морскому дну лицензию на добычу марганцевых конкреций в Тихом океане на территории 75 тысяч кв. км. По оценкам экспертов там сосредоточены запасы в размере одного миллиарда тонн марганцевых конкреций (8). За счет тихоокеанских марганцевых конкреций можно было бы, например, покрыть потребности Германии в никеле на ближайшие 100 лет (9).  Такая добыча, правда, до сих пор требует больших инвестиций и даже при нынешних высоких ценах пока не рентабельна. Сырье с морского дна – по крайней мере, сейчас – это дело будущего.

Бедная сырьем Япония
Особенно сильное сырьевое давление испытывает Япония. Собственных запасов в стране мало, по большинству видов металлосырья она зависит от импорта (10). Поэтому рост мировых цен особенно больно ударил по Японии. Еще в июле 2009 года министерство экономики, торговли и промышленности (METI) при поддержке Геологической службы Японии (Geological Survey of Japan) опубликовало свою "Стратегию по обеспечению стабильного снабжения редкими металлами" (11). В документе перечислен 31 редкий металл, среди них также редкоземельные элементы. В июле 2010 года METI и МИД Японии представили интегрированную систему по обеспечению страны промышленными ресурсами. Подобно Германии, Япония следует двойной стратегии. С одной стороны, планируется вести более интенсивный поиск заменителей критически важных металлов, повышать долю рециклинга и защищать отечественную промышленность от дефицита сырья за счет создания резервов. С другой стороны, страна пытается диверсифицировать источники сырья и облегчить доступ к зарубежным источникам помимо Китая.

При этом Япония идет на целый шаг впереди Германии. Японские компании – при массированной поддержке правительства – уже несколько лет ведут поиск альтернатив, в том числе по редким землям. В международном плане Япония также добилась немалых успехов. Одним из ключевых элементов ее стратегии является долевое участие в зарубежных компаниях (12). 

Наконец, в июне 2010 года Япония заявила, что возобновляет поиск ресурсов на морском дне. Примерно 340 тысяч кв. км. японской исключительной экономической зоны (200-мильная морская зона, находящаяся под национальной юрисдикцией) в Восточно-Китайском море и Тихом океане предполагается обследовать на наличие запасов металлов (13). Предполагается, например, что крупные залежи высокотехнологичных металлов находятся неподалеку от южно-японской префектуры Окинава, а также около полуострова Изу, расположенного недалеко от Токио. Возможны, правда, новые конфликты с Китаем вокруг принадлежности ресурсов в Восточно-Китайском море.

Хорошая ресурсная база: США
В отличие от Германии и Японии, сильно зависящих от импорта сырья, США обладают довольно хорошей ресурсной базой (14). Но при этом они все-таки нуждаются в импорте многих стратегических металлов. Дело не только в том, что потребность страны в сырьевых ресурсах огромна. Из-за низких мировых цен, существовавших в 90-е годы, и строгих экологических требований добыча сырья в США сильно сократилась. Например, по индию, а также по редкоземельным элементам США на 100% зависят от импорта; по литию зависимость от импорта составляет 50%. Как и у Германии, источники сырья у США отличаются, как правило, высокой концентрацией. 91% редкоземельных элементов США получают из Китая (из Японии 1%, из России 1%; 2005-2008 гг.); литий американцы импортируют прежде всего из Чили (63%) и Аргентины (35%) (15).  С учетом планов администрации президента Обамы по перестройке энергетической политики можно исходить из того, что спрос на эти металлы продолжит расти. К тому же редкоземельные элементы имеют важнейшее значение для оборонной промышленности – например, для производства радарных систем.

В апреле 2010 года Government Accountability Office опубликовал отчет "Rare Earth Metals in the Defense Supply Chain" (16). В декабре 2010 года министерство энергетики США (Department of Energy, DOE) выпустило документ "Critical Materials Strategy". 14 металлов характеризуются в нем как критически важные, а шесть из них – как крайне критически важные: это пять редкоземельных элементов (диспрозий, неодим, тербий, европий и иттрий), а также индий. Главные составляющие этой стратегии – это исследования и разработки, сбор информации, отечественная добыча, создание резервов, рециклинг, подготовка кадров и дипломатия.

Особое значение придается использованию отечественных источников сырья. Юридические трудности и сложность процесса согласований между федеральным, региональным и местным уровнями привели к тому, что сейчас требуется в среднем от семи до десяти лет, чтобы открыть новую шахту. Поэтому Палата представителей США в сентябре 2010 года значительным большинством голосов приняла документ "Rare Earths and Critical Materials Revitalization Act", который должен облегчить освоение отечественных запасов и добычу редкоземельных элементов (17). 

В американской "Стратегии" также упоминаются сырьевые партнерские отношения, но здесь имеется в виду нечто иное, чем в стратегической концепции Германии. Предполагается укрепление сотрудничества с такими странами, как Япония и страны ЕС, а также дипломатическое воздействие прежде всего на Китай с тем, чтобы устранить искажения рынка и дефициты.

США также проявляют большой интерес к ресурсам морского дна. Американцы уже добывают в море нефть и природный газ и исследуют запасы минерального сырья – прежде всего вокруг тихоокеанских островов. Геологические службы США заявляют, однако, что данных пока не достаточно, чтобы делать надежные выводы о реальных запасах минерального сырья в исключительной экономической зоне США. Поскольку Соединенные Штаты до сих пор еще не ратифицировали конвенцию ООН по морскому праву, они к тому же ограничены в возможностях поиска сырьевых ресурсов на морском дне. Так, например, они не вправе претендовать на расширенный шельф или на проведение исследований и разработок в так называемой "area", то есть на океанском дне.  

Последнее слово еще не сказано
Влияние Китая на сырьевые рынки сейчас огромно. Эта страна обладает большими запасами стратегически важных ресурсов, нередко используя их как средство политического давления. Но определяют ли сырьевые ресурсы ситуацию на новой властной карте мира? Ответ: нет, не определяют.

Китай сталкивается с проблемами, которые не менее серьезны, чем проблемы старых промышленно развитых стран. Из-за огромного внутреннего спроса Китай сам является нетто-импортером многих промышленных металлов. Высокие цены на сырье разгоняют инфляцию. Кроме того, добыча сырьевых ресурсов в Китае связана с большими социальными и экологическими издержками. Торговая стратегия страны также весьма проблематична. Ограничивая экспорт, Китай рискует ввязаться в конфликты с важными торговыми партнерами. Поскольку металлического сырья производится недостаточно, это может привести к перекосам в структуре внутреннего производства и потребления.

Кроме того, правительства и бизнес-структуры в странах-импортерах обладают широким спектром инструментов для того, чтобы снизить свою зависимость и обусловленные ею риски. Аналитики к тому же частенько забывают о том, что разведана лишь малая часть мирового потенциала сырьевых ресурсов, что постоянно открываются новые месторождения. Технический прогресс в сфере геологоразведки, снижение производственных издержек или рост цен на сырье могут сделать выгодным использование запасов, которые прежде были нерентабельными. Ясно одно: активный поиск новых источников сырья является одной из главных задач государства, науки и бизнеса. Чтобы международная "охота" на металлы не стала игрой с нулевой суммой, требуется существенная активизация сотрудничества. В повестке дня встреч "большой восьмерки" и "большой двадцатки" в нынешнем году достойное место должна занять не только тема колебаний цен на сырье, но и тема надежного снабжения потребителей сырьевыми ресурсами. 


(1) Ср. Department of Energy: Critical Materials Strategy, Washington D.C., December 2010, p. 28. 
(2) Oliver Roth: Wettlauf um Ressourcen, XETRA, Deutsche Börse Group, 30.09.2010, www.boerse-frankfurt.de/DE/index.aspx. 
(3) Ср. U.S. Geological Survey: Rare Earths, Mineral Commodity Summaries 2010, p. 128.
(4) Ср. US Department of Energy (прим. 1), с. 28.
(5) Ср. BGR: Rohstoffsituation Deutschland 2009, Hannover 2010. 
(6) BMWI: Rohstoffstrategie der Bundesregierung, 2010. 
(7) BGR, Deutsche Rohstoffagentur: Rohstoffwirtschaftliche Bewertung der Länder Afrikas, Asiens, der Gemeinschaft Unabhängiger Staaten (GUS) mit Georgien und Südamerika im Hinblick auf die Bedeutung für Deutschland, Hannover, September 2010. 
(8) Ср. Ralf  Hess: Deutsche Suche nach Rohstoffen am Meeresboden, Telepolis, 6.1.2010, www.heise.de/tp/r4/artikel/31/31824/1.html. 
(9) Ср. Johannes Bünger und Oliver Unbehend: Die Rohstoffe der Zukunft. Lohnt der Abbau von Bodenschätzen in der Tiefsee?, in: ZDF Abenteuer Wissen, 11.3.2009, www.abenteuerwissen.zdf.de/ZDFde/inhalt/13/0,1872,7529485,00.html. 
(10) Chin S. Kuo: The Mineral Industry of Japan, USGS 2008 Minerals Yearbook, Japan, June 2010. 
(11) Ср. Ministry of  Economy,  Trade and Industry, Announcement of 'Strategy for Ensuring Stable Supplies of  Rare Metals', 28.7.2009, www.meti.go.jp/english/press/data/20090728_01.html. 
(12) U.S. Department of Energy (Прим. 1); Detlef Rehn, Japan intensiviert Suche nach 'strategischen' Metallen", Germany Trade and Invest, Länder und Märkte, 1.10.2010.  
(13) Japan sucht Meeresboden ab, NTV, 26.4.2010, www.n-tv.de/wissen/Japan-sucht-Meeresboden-ab-article841793.html. 
(14) USGS, Statistical Summary 2008, minerals.usgs.gov/minerals/pubs/commodity/statistical_summary/index.html. 
(15) Ср. US Geological Survey, Mineral Commodity Summary 2010, Washington D.C. 2010, p. 6, 46, 74, 93, 128, minerals.usgs.gov/minerals/pubs/mcs/2010/mcs2010.pdf. Ср. United States Government Accountability Office (GAO), Rare Earth Metals in the Defense Supply Chain, Briefing for Congressional Committees, Washington, D.C., April 2010, p. 22. 
(16) Ср. United States Government Accountability Office (GAO), Rare Earth Metals in the Defense Supply Chain, Briefing for Congressional Committees, Washington, D.C., April 2010, p. 22.
(17) Сенату также был предложен на утверждение аналогичный проект, но голосование по нему перед промежуточными выборами не проводилось. В феврале 2011 года в Палату представителей был вновь внесен законопроект под названием "Rare Earths and Critical Materials Revitalization Act of 2011". Голосование по нему еще предстоит.


Сторми-Анника МИЛДНЕР, ведущий научный сотрудник Института международной политики и безопасности берлинского Фонда "Наука и политика" (SWP)

Гитта ЛАУСТЕР, ассистент Института международной политики и безопасности берлинского Фонда "Наука и политика" (SWP), пишет диссертацию по ресурсным конфликтам


Оригинал статьи на немецком языке был опубликован в журнале "Internationale Politik" №3 за 2011 г.