Фолькер Брух надеялся сыграть Гёте, но и роль лучшего друга писателя считает удачей

Почетным гостем Фестиваля немецкого кино в Петербурге стал Фолькер Брух (Volker Bruch) – один из самых перспективных немецких актеров, известный российскому зрителю по ролям в "Чтеце" и "Комплексе Баадера-Майнхоф". В фильме "Гёте!", открывавшем фестиваль, Брух сыграл Карла Вильгельма Иерузалема – друга писателя, прототипа главного героя в романе "Страдания юного Вертера".

В интервью Germania-online актер рассказал о съемках в "Гете!", своем видении современного немецкого кино и мечте поработать с Томом Тыквером.

– Когда вы прочитали сценарий фильма "Гёте!", какой была ваша первая реакция?
– Я обрадовался тому, что наконец-то получил отличный сценарий. Мне кажется, что наш фильм не столько о Гёте, сколько о бунтующей молодости вообще. Если тебе 23, то не так важно, в каком веке ты живешь – в 18-м или в 21-м. Ты просто молод, полон сил и страстно хочешь перемен.

– Вы сразу пробовались на роль Вильгельма Иерузалема?
– Нет. Конечно, я хотел сыграть самого Гете и изначально пробовался именно на главную роль. Но вы, наверное, знаете, сколько в Германии хороших молодых актеров, так что можете себе представить, какая была конкуренция. Спустя два месяца мне позвонил режиссер Филипп Штельцль и сообщил, что пробы на Гете я не прошел, но он может предложить мне роль лучшего друга (Иерузалема-ред.). Разумеется, я тут же согласился, я очень хотел быть частью этого проекта. Ревности никакой не было, я большой поклонник Александра Фелинга, который в итоге сыграл главную роль. Он замечательный актер и в этом фильме проделал большую работу. С ним безумно интересно было находиться на съемочной площадке.

– У нас в России многие после того, как прочитают в школьные годы то или иное произведение русской литературы, больше никогда к нему не возвращаются. В Германии к Гёте относятся с большим пиететом?
– О, у нас абсолютно такая же история. Ты не можешь любить то, что тебя заставляют любить. В школе постоянно внушают, что Гёте великий, а тебе лет 16, и ты из чувства протеста начинаешь все эти стихи и поэмы тихо ненавидеть. Но эту ненависть при желании можно трансформировать в любовь, именно к этому мы и пытаемся подтолкнуть зрителя в фильме "Гёте!". Старшеклассникам картину показывали в первую очередь, это и была главная аудитория. И я лично слышал, как после сеанса эти подростки говорили: "Надо бы, наверное, залезть в интернет и что-нибудь про него почитать". Суть фильма – показать современным зрителям, что Гёте не так далек от них, как им, наверное, кажется.

– Как вы готовились к своей роли в "Гёте!"?
– Самым сложным испытанием была верховая езда. Мне и Александру Фелингу пришлось учиться этому с нуля. Тренировки мы начали примерно за два месяца до съемок, причем сначала это выглядело довольно жалко: мы просто ездили по манежу по кругу. Но в фильме вы, конечно, этого не заметите. Ну и еще пришлось разучивать старинные танцы.

– С какими немецкими режиссерами вам хотелось бы поработать?
– С Томом Тыквером. Это мой любимый режиссер. Он потрясающий визионер. То, как он работает с изображением, с ритмом – больше в Германии так не умеет никто. Я считаю, что "Беги, Лола, беги" – главная немецкая картина 90-х, а "Любовь втроем", вышедшая в прошлом году, – мое самое сильное кинопотрясение за последние несколько лет. Если еще называть какие-то имена… Ули Эдель, который снял "Комплекс Баадера-Майнхоф", - великолепный постановщик. Я имел счастье поработать с ним три года назад как раз на съемках этого фильма.

– Знаете ли вы что-нибудь о российском кинематографе?
– Очень мало. Я по натуре не синефил и не так уж часто хожу в кино. Я люблю быть в кадре, а не в зрительном зале. Из российских режиссеров знаю Александра Сокурова, но не по фильмам, а по рассказам коллег. У меня есть друг Максим Мехмет, он тоже актер, и он принимал участие в съемках "Фауста" Сокурова, победившего недавно на Венецианском фестивале. У него была совсем маленькая роль, но вы даже не представляете себе, с каким восторгом он рассказывал про работу с Сокуровым. Все уши мне про него прожужжал, для него это было настоящее потрясение.

– Как бы вы описали общую ситуацию в немецком кино?
– Сложно сказать. Ситуация нестабильная: то взлеты, то падения. Иногда я не хожу в кинотеатр месяцами, потому что смотрю афишу и понимаю, что ничего интересного лично для меня там нет. А иногда бывает так, что вдруг одновременно в прокат выходит несколько интересных картин, и в кино надо бегать чуть ли не каждый вечер, ну раза три в неделю точно. А как актер могу сказать, что я читаю очень много плохих сценариев, и это меня по-настоящему удручает.

– Вы много снимаетесь на телевидении. У немецкого ТВ есть что-нибудь общее с американским, где сейчас сосредоточены лучшие кинематографические силы, а сериалы по популярности и качеству не уступают блокбастерам?
– Нет, в Германии все не так. У нас очень скромные телевизионные проекты, и в целом очень традиционное телевидение, которое делает свою работу хорошо, но не любит рисковать. Хотя в этом году я снялся в очень интересном проекте канала ZDF, он называется "Generations". Там всего три серии, но каждая по хронометражу соответствует полнометражному игровому фильму – 90 минут. Это история о пяти молодых людях, жизни которых ломает Вторая мировая война. Я играю одного из главных героев. Выхода этого сериала я жду с нетерпением. Мне кажется, это будет прорыв для немецкого ТВ.

Беседовала Ксения Реутова

15.12.2011

Сохранение вашей оценки...

Эта новость еще не оценена. Станьте первым!