-
Сто лет со дня "Смерти в Венеции"
Сто лет назад немецкий писатель Томас Манн впервые издал свою скандальную новеллу "Смерть в Венеции". Сегодня в родном городе автора – Любеке – ...>
-
Илья Кабаков – гений из "совка"
За прорыв железного занавеса в искусстве немцы сравнивают его с Гагариным. Правда, явился он не на ракете, а в своем знаменитом "Туалете". В ...>
-
С миру по книжке
Берлинская биеннале современного искусства стартует только в апреле, но ее самый скандальный экспонат известен уже сейчас: им станет инсталляция ...>
-
Не музей, а сказка!
Окончания реставрации музея главных сказочников страны – Якоба и Вильгельма Гримм – в Касселе ждали два года. Ведь где еще можно встретить тех, ...>
-
На "Русской дискотеке" танцуют только немцы
Под песню группы "Ленинград" "Супер гуд" красивый блондин пьет с друзьями водку, кидается снежками на берлинских улицах и скачет в наушниках ...>
-
Дизайн в ГДР: был или не был?
У каждой вещи есть собственный, как сейчас модно говорить, "лук" – то есть внешний вид. Даже у самой обыкновенной чайной ложки. А у "лука" – ...>
-
Глазами оптимиста: гиппопотамы и прочие люди
Приход национал-социалистов к власти, война, раздел страны – жизнь немцев в середине прошлого века не была похожа на сказку. Но здесь, в ...>
-
Киноистория в деталях
Во Франкфурте-на-Майне после двухлетней реконструкции открылся Музей кино, один из старейших в Германии. Теперь это не кунсткамера с архивными ...>
-
Мориц Бляйбтрой – мистер Вселенная
Когда режиссер Том Тыквер искал актера на роль Мэнни в фильме "Беги, Лола, беги", он выдвигал к претендентам лишь одно требование: герой должен ...>
-
Макс Фриш: бегство из рая
В СССР им зачитывались наравне с Маркесом, Фолкнером или Ремарком. Тем временем "властитель душ", склонившись над пишущей машинкой, ...>
-
Фонтане – холодный поэт и непризнанный гений
Германия отмечает юбилей одного из самых значимых романистов XIX века. В конце декабря Теодору Фонтане (Theodor Fontane) исполнилось бы 190 лет.
Экранизация романа Фонтане "Эффи Брист" привлекла за один только минувший год около полумиллиона зрителей, а с сочинениями классика и сегодня знаком каждый выпускник немецкоязычной Европы. "Его книги не утратили своего очарования, более того, каждое поколение открывает его для себя заново", – говорит "фонтаневед" Хубертус Фишер.
Родной город Фонтане Нейруппин (земля Бранденбург) намерен чествовать писателя столь же громко и в постюбилейном 2010 году. В мае здесь в честь Фонтане пройдет первый фестиваль, а издательства уже вовсю печатают новые биографии полузабытого немца. Среди свежих трудов – работа швейцарского германиста Регины Дитерле и 3000-страничное жизнеописание берлинского литературоведа Роланда Бербига.
К тому моменту, как Фонтане в солидном возрасте – в 59 лет – опубликовал свой первый роман "Перед бурей", он перепробовал множество занятий: был аптекарем, сочинителем баллад, корреспондентом, театральным критиком и секретарем академии. Впервые он обратил на себя внимание военными дневниками и очерками "Прогулки по провинции Бранденбург".
Литературовед Хельмут Нюрнбергер полагает, что основной чертой Фонтане была сдержанность. "Определенная холодность очевидна и в общении с близкими людьми", – пишет Нюрнбергер. Неудивительно, что широкая публика не баловала вниманием "холодного поэта". На склоне лет Фонтане с горечью заметит в дневнике, как мало признания получило его творчество.
"В целом, – подвел итог стареющий писатель, – я могу сказать, что на мою долю выпадали лишь пренебрежение, сомнения, пожимание плечами да улыбки. Я страдал от этого".
Вклад Фонтане в немецкую литературу был по-настоящему переосмыслен лишь после его ухода. Первым романом, имевшим коммерческий успех, стал "Эффи Брист". История молодой женщины, гибнущей в столкновении с общественными устоями Пруссии XIX века, в недалеком прошлом вдохновила на экранизацию Грюндгенса, Фасбиндера, а недавно и Хермине Хунтгебурт.
Такими текстами, как "Перед бурей", "Пути-перепутья" или "Штехлин", Фонтане вывел немецкий роман на высоту европейского социально-критического эпоса. В десятке своих произведений, непризнанный и непонятый, он идиллически отразил свой суровый век, мир накануне перемен.04.01.2010






