Австрийский композитор Густав Малер выработал терапевтический стиль сочинения

В июле 2010 года музыкальный мир отмечал 150 годовщину со дня рождения композитора и дирижера Густава Малера. В мае этого года исполняется 100 лет со дня его смерти. Разные миры, ангелы и демоны, страдания и любовь, забвение и признание – все смешалось в его музыкальной судьбе.

Густав Малер – музыкальный эквивалент Фрейда. Именно Малер одним из первых выпустил на волю господствовавших в музыке демонов хаоса и диссонанса. С болью открывая глубочайшие переживания и страхи, он выработал терапевтический стиль сочинения. Музыка Малера обретала фантастический характер, причудливые оркестровые эффекты подчас напоминали свихнувшееся подсознание, а демоны изгонялись только после продолжительной и изнурительной борьбы. При этом нервно-импульсивному, взрывчатому темпераменту австрийского композитора было во многом близко творчество Чайковского.

С 20 лет жизнь Малера неразрывно связана с дирижерским пультом. Сперва – оперные театры небольших городков, которые вскоре сменяют крупнейшие музыкальные площадки Европы: Прага, Лейпциг, Будапешт, Гамбург. Среди творческих удач Малера-постановщика – оперы Вагнера, Бетховена и Сметаны. Ради руководства Венской оперой под давлением общества Малер отрекся от иудаизма и перешел в римско-католическую церковь. Но игра стоила свеч: в Вене он помог восстановить драматургическую репутацию Моцарта, за которым в то время закреплялась слава "легкого" классика. Борьба Малера с оперной рутиной привели к травле, и вскоре он принял приглашение из США: сперва – дирижерство Metropolitan Opera, а затем – руководство Нью-Йоркским филармоническим оркестром.
 
Если на дирижерском поприще успеха он достиг успеха еще при жизни, то на ниве композиторства признание пришло к Малеру лишь после смерти. Автора долгое время обвиняли в том, что бесчисленными звуковыми эффектами и грандиозными оркестровыми составами Малер пытается скрыть собственную творческую несостоятельность. Его сочинения порой отталкивали и шокировали своей откровенностью и внутренними парадоксами вроде "трагедия – фарс", "пафос – ирония", "утонченность – вульгарность".

"Едва ли какие-либо произведения смогут надолго пережить Малера", – писали в 1911 году, спустя несколько дней после смерти композитора, критики. Впрочем, после Второй мировой войны на волне новаторского духа немецкий философ и музыкальный критик Теодор Адорно показал, что стилевые искажения и сломы Малера, не всегда подчиняющиеся законам музыкальной логики, не случайны. Убедительными свидетельствами признания стали  концерты с аншлагами по всему миру, а также книги, статьи и кинофильмы о жизни творца.  

Одним из последних таких фильмов стала артхаусная картина "Малер на кушетке" (Mahler auf der Couch) германо-австрийского производства, посвященная взаимоотношениям Густава Малера и Зигмунда Фрейда. Действие происходит в 1910 году, когда Малер, получив письмо от любовника жены, впадает в депрессию и обращается за консультацией к психоаналитику. Юная, жизнерадостная красавица Альма Шиндлер была музой музыканта, человека нервного и деспотичного в быту. "Осень влюбилась в весну. Это ужасно", – признается Малер Фрейду. Премьера фильма состоялась в июне прошлого года на кинофестивале в Лос-Анжелесе.

В Германии годовщину смерти композитора отмечают обильными концертами. Так, с 17 по 29 мая  столицей памятных торжеств станет Лейпциг. В концертном зале Гевандхаус 14 дней музыку Малера будут исполнять лучшие оркестры и дирижеры мира. Обширную культурную программу приготовил и Гамбург.

18.05.2011

Сохранение вашей оценки...

Эта новость еще не оценена. Станьте первым!