Изначально рискованный проект стал одной из главных достопримечательностей Берлина

Пять лет прошло со дня возведения самого неоднозначного памятника в Берлине – мемориала памяти убитых евреев Европы. Изначально рискованный проект оказался, безусловно, удачным, но споры вокруг него не утихли.

Пятая, на этот раз непривычно суровая зима, оставила на памятнике свой след. На каменных глыбах появились новые трещины, глубокие и заметные. Открытый в мае 2005 года мемориал показывает свои первые шрамы. Но не без гордости. Ведь он выстоял -  несмотря ни на скромный бюджет его создания, ни тем паче на жаркие дебаты вокруг него.

Опасения критиков, что бок о бок с Бранденбургскими воротами возникнет груда устрашающих крестов, не оправдались. Площадка памятных стел, построенная американским архитектором Петером Айзенманом, за короткое время стала обязательным пунктом в программе каждого берлинского туриста. И посетители здесь – круглые сутки. Сам монумент, окруженный главными городскими достопримечательностями, ничуть не теряет при этом своей трагической памятной ауры.

Это место-напоминание о палачах и их жертвах на удивление тихо и ненавязчиво и позволяет равнодушно пройти мимо. Сам памятник по своей задумке ни политический жест проводов страшной эпохи, ни "академическое" напоминание молодому поколению.

Для глубоких выводов пять лет жизни такой амбициозной постройки, конечно, мало. Необычная форма памятника – более чем 2 700 серых плит – вызывает одновременно чувство пустоты и желание просто помолчать. А еще – неловкость, которую трудно игнорировать. Об этом недавно написал венгерский писатель Петер Надас в журнале "Цицеро". Болезненный момент мемориала, по его словам, заключается в том, что эта постройка – историческая память: не только об убиенных, но и о содеявших. Только первые – это "объект", как написал Надас, который с любой точки площадки вызывает щемящее чувство незащищенности.

Так совпало, что юбилей монумента пришелся на то же время, что и открытие выставки "Топография террора". Вместе они представляют собой разные перспективы на одну трагедию. Там, где находилась штаб-квартира гестапо, между берлинским парламентом и выставочным центром Мартин-Гропиус-Бау, теперь возник выставочный комплекс. Его задача – постараться собрать более точные и менее эмоциональные крупицы этой страницы немецкой истории. Что, по задумке организаторов, должно стать своеобразным контрастом достаточно патетическому монументу памяти убитых евреев.

Дискуссия в рамках городского планирования о "Топографии террора" старше и жестче, чем споры о памятнике Холокосту. Да и сам историко-политический спор об этих двух объектах займет важное место в истории федеральных дебатов. Ведь оба столь разных памятника в центре Берлина не только каждый по-своему рассказывают историю преступников и жертв, но и делают ее динамичной и не дают поставить жирную точку. Пусть главные вопросы истории нацизма по-прежнему остаются открытыми, их восприятие со временем меняется.